Соотношение права и равенства

Право и равенство

Соотношение права и равенства

⇐ ПредыдущаяСтр 15 из 36Следующая ⇒

Равенство наряду со свободой рассматривается ныне как важнейший компонент прав человека, признак демократического, правового и социаль­ного государства. Широкий общественный резо­нанс требование равенства получает в эпоху бур­жуазных революций.

Оно послужило основой для широкого круга реформ, преобразивших соци­альный и политический строй, правовую систему. Расширение избирательного права, утверждение равноправия полов, защита законных интересов религиозных, этнических и других меньшинств осуществлялись под знаменем равенства.

Тем не менее, большинство современных обществ сохра­няет определенное неравенство и привилегии. Между тем, существеннейшие сдвиги, произо­шедшие в общественном сознании по этому во­просу за последние 2-3 века, привели к тому, что, по удачному выражению известного исследовате­ля проблем равенства и справедливости, француз­ского юриста Х.

Перельмана, «равенство не нуж­дается в оправдании, потому что оно считается справедливым, а неравенство, наоборот, если оно не обосновано, представляется произвольным и, следовательно, несправедливым»[27].

Понятие равенства включает две стороны или два компонента: юридическое равенство, заключа­ющееся в гарантируемой законом возможности действовать в известных пределах (т.е. не нарушая закона) по собственному усмотрению, и создание для каждого человека условий, позволяющих действовать в соответствии со своей свободной волей, т.е. известное равенство условий.

Юридическое равенство (равенство перед за­коном) предполагает формальное предоставле­ние всем одинаковых прав (равную правоспособ­ность) и равную юридическую ответственность.

До буржуазных революций, когда юридическое равенство принципиально не допускалось, каза­лось, что достаточно его ввести, чтобы воцарилась социальная справедливость.

Подобное убеждение лежит в основе таких выдающихся исторических документов, как американская «Декларация неза­висимости» (1776), французская «Декларация прав человека и гражданина» (1789).

Однако вскоре стало ясно, что провозглашение юридиче­ского равенства отнюдь не ведет к установлению действительного равенства между людьми. Оди­наковую правоспособность, предоставление гражданам равных прав стали называть формаль­ным равенством или формальными свободами (К.Маркс и др.). В этой связи особое внимание уделялось проблеме выравнивания условий.

И по сей день находится немало сторонников сведения принципа равенства к формальному равноправию. Такая позиция характерна для кон­сервативных кругов. В защиту ее выдвигается два аргумента.

Во-первых, равенство условий пред­полагает перераспределение богатств, а это про­тиворечит свободе, ограничивает возможность пользоваться своей правоспособностью.

Во-вто­рых, осуществление полного равенства условий, в первую очередь в экономических областях, либо невозможно, либо ведет к иным, неблагоприят­ным последствиям, в том числе к принудитель­ным мерам и господству бюрократии.

В последние годы подобная точка зрения полу­чила распространение и в нашей стране, в частно­сти среди сторонников так называемой «либертарно-юридической теории права и государства». B.C.

Нерсесянц полагает, что именно «формаль­ное равенство… и есть правовое начало», а «все, что в общеобязательных нормах противоречит этому принципу, является неправовым и антиправовым[28]. При этом «фактическое равенство», т.е.

известное равенство условий и возможностей (не в юридическом, а в реальном плане), воспри­нимается сугубо отрицательно, как антиправовое явление[29].

Но есть и противоположная точка зрения.

Ес­ли мы провозглашаем право каждого человека на образование и медицинское обслуживание, но при этом и то, и другое оказывается платным, яс­но, что этим правом смогут реально воспользо­ваться только те, кто способен понести соответ­ствующие расходы, а отнюдь не все граждане.

Чтобы этого избежать, чтобы превратить равен­ство из формального в фактическое, нужно допу­стить определенное юридическое неравенство. Оно вполне морально и справедливо, когда устанавливается в пользу людей, находящихся в не­благоприятных условиях, бедных, больных.

Та­кой точки зрения придерживаются не только со­циалисты и коммунисты, но и гуманисты, а также здравомыслящие представители современного либерализма, например, признанные исследова­тели проблемы справедливости – американец Дж. Роле и француз X. Перельман.

Юридическое не­равенство, выражающееся в определенных привилегиях для обездоленных, вводится для соци­ального выравнивания или выравнивания усло­вий. Как подчеркивает X. Перельман, призыв к такого рода уравнительности стал общепризнанным, но отнюдь не посягает на юридическую бе­зопасность и призван смягчить неравенство, опас­ное для социального равновесия[30].

Для «либертаристов» формальное и фактичес­кое равенство несовместимы, противоречат друг другу. Для сторонников социального выравнива­ния они неразрывны и только равенство условий делает юридическое равенство не фиктивным, а действительным.

20.Общественно-историческая закономерность и юридические законы.

Монтескье принадлежит непревзойденное определение факторов, определяющих характер законов: «Они должны соответствовать физическим свойствам страны, ее климату…качествам почвы, ее положению, размерам, образу жизни ее народов… степени свободы, допускаемой устройством государства, религии населения, его склонностям, богатству, численности, торговле, нравам и обычаям; наконец, они связаны между собой и обусловлены обстоятельствами своего возникновения, целями законодателя, порядком вещей, на котором они утверждаются».

Факторы, воздействующие на право, подразделяются на две группы: природные и социальные. Монтескье отмечает, что на ранних этапах развития человечества доминируют природные факторы, а по мере успехов цивилизации все большую роль приобретают факторы социальные, в том числе и политические. Так, совершенно очевидно влияние социального и политического строя государства на систему права.

Следующей значительной вехой в изучении этого вопроса явилось признание особой роли экономических факторов, т.е. отношений, складывающихся в процессе производства, распределения и обмена богатств в данном обществе, или между разными обществами. Положительный (человеческий) закон предполагает объективный характер справедливости и справедливых отношений.

Справедливость предшествует положительному закону, а не впервые им создается. “Законам, созданным людьми, должна была, – подчеркивал Монтескье, – предшествовать возможность справедливых отношений.

Говорить, что вне того, что предписано или запрещено положительным законом, нет ничего ни справедливого, ни несправедливого, значит утверждать, что до того, как был начертан круг, его радиусы не были равны между собою”.

Решающее значение экономических факторов в формировании государства и права придавали марксисты.

Маркс и Энгельс создали учение о «базисе и надстройке».

Отношения между людьми в процессе производства, в первую очередь отношения собственности, не зависящие от воли людей и определяемые уровнем развития производительных сил, рассматривались как реальный базис политических, правовых, идеологических, культурных явлений, которые понимались как «надстройка» над производственными отношениями, т.е. нечто вторичное, диктуемое производственными отношениями. При этом признавалось и воздействие надстройки на базис, ее способность ускорить или затормозить развитие объективно складывающихся общественных отношений.

Учение о базисе и надстройке служило в советское время методологической основой всех общественных наук, в том числе теории государства и права.

При этом были достигнуты некоторые успехи, заключавшиеся в четкой оценке социально-экономической природы государства и права на определенных исторических этапах в соответствии с представлениями о способах производства и общественно-экономических формациях, и допущены многие заблуждения и преувеличения, связанные с игнорированием воздействия небазисных факторов (из перечня Монтескье) на эволюцию права, с тенденциозностью, партийной ангажированностью и неспособностью дать научный анализ развитию капиталистического и советского общества во второй половине 20 века.

Кстати сказать, Энгельс признавал у себя и Маркса некоторое преувеличение роли экономических аспектов эволюции человечества в ущерб другим факторам и объяснял это тем, что до марксизма производственным отношениям вообще не придавали значения.

Методологические эксцессы и неудачи применения учения о базисе и надстройке вызывали критику в отечественной литературе, обострившуюся после падения советской власти. Нередко предлагается отказаться от рассмотрения права как элемента надстройки, т.е. явления вторичного в сравнении с производственными отношениями.

Трудно не согласиться с тем, что поведение подавляющего большинства людей определяются в первую очередь их материальными интересами. Отношения собственности, распределения и обмена самым непосредственным образом связаны с этими интересами.

Люди ищут удовлетворения этих интересов и в политике, и в праве, им они подчиняют как правило, социальное мышление и духовный мир.

В этом помимо представлений о закономерностях исторического развития- одно из оснований придавать особое значение влиянию экономики на право и не относиться нигилистически к суждениям осовоположников марксизма по этому поводу.

Дата добавления: 2015-01-29; просмотров: 36; Нарушение авторских прав

⇐ Предыдущая10111213141516171819Следующая ⇒

Источник: https://lektsii.com/1-93016.html

Понятие равенства. Право и равенство

Соотношение права и равенства
⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 26Следующая ⇒

Всеобщая равная мера – один из необходимых составных компонентов принципа формального равенства и одно из сущностных свойств права.

В качестве такого компонента равная мера предполагает и другие компоненты правового принципа формального равенства – свободу и справедливость .

Поэтому равная мера – это равная мера свободы и справедливости.

При этом под равной мерой имеется в виду не только всеобщий масштаб и единая для всех норма правовой регуляции, но также и соблюдение эквивалента соразмерности и равномерности в отношениях между самими субъектами права.

Правовое равенство – это равенство свободных и независимых друг от друга субъектов права по общему для всех масштабу, единой норме, равной мере.

Правовое равенство – это равенство свободных и равенство в свободе, общий масштаб и равная мера свободы индивидов. Там же, где люди делятся на свободных и несвободных, последние относятся не к субъектам, а к объектам права, и на них принцип правового равенства не распространяется.

Право говорит и действует языком и мерами равенства и благодаря этому выступает как всеобщая и необходимая форма бытия, выражения и осуществления свободы в совместной жизни людей. В этом смысле можно сказать, что право – математика свободы[См. подробнее: Нерсесянц В. С. Право – математика свободы. М., 1996. ].

Причем можно, видимо, допустить, что математическое равенство как логически более абстрактное образование является исторически более поздним и производным от идеи правового равенства.

Последующее, более интенсивное (чем в праве) развитие и научная разработка начал равенства в математике породили неверное представление, будто идея равенства пришла в право из математики.

В социальной сфере равенство – это всегда правовое равенство, формально-правовая мера равенства. Ведь правовое равенство, как и всякое равенство, абстрагировано (по собственному основанию и критерию) от фактических различий и потому с необходимостью и по определению носит формальный характер.

По поводу равенства существует множество недоразумений, заблуждений, ошибочных и ложных представлений. В их основе в конечном счете лежит непонимание того, что равенство имеет рациональный смысл, логически и практически возможно в социальном мире именно и только как одинаковая для всех мера правового (формально-правового, формального) равенства.

Так, нередко (в прошлом и теперь) правовое равенство смешивается с разного рода эгалитаристскими (фактически уравнительными) требованиями, с уравниловкой и т.д. или, напротив, ему противопоставляют так называемое “фактическое равенство”. Подобная путаница всегда так или иначе носит правоотрицающий, антиправовой характер.

” Фактическое равенство” – это смешение понятий “фактическое” и “нефактическое” (формальное) и противоречие в самом понятии “равенство”. Ведь “равенство”, “равная мера” имеют смысл (как понятие, как средство регуляции и т.д.

) лишь в контексте различения “фактического” и “формального” и лишь как нечто “формальное”, отделенное (абстрагированное) от “фактического” – подобно тому, как слова отделены от обозначаемых вещей, цифры и счет – от считаемых предметов, весы – от взвешиваемой массы и т.д.

Именно благодаря своей формальности (абстрагированности от “фактического”) равенство может стать и реально становится всеобщей формой и равной мерой регуляции “фактического”, своеобразным формальным и формализованным “языком”, “счетом”, “весами”, измерителем всей “внеформальной” (т.е. “фактической”) действительности. Так обстоит дело и с формально-правовой равной мерой.

История права – это история прогрессирующей эволюции масштаба и меры формального (правового) равенства при сохранении самого этого принципа как принципа любой системы права, права вообще.

Разным этапам исторического развития свободы и права в человеческих отношениях присущи свой масштаб и своя мера свободы, свой круг субъектов и отношений свободы и права, словом – свое содержание принципа формального (правового) равенства.

Так что принцип формального равенства представляет собой постоянно присущий праву принцип с исторически изменяющейся сферой и мерой регуляции.

В целом такая историческая эволюция сферы, масштаба и меры формального равенства не опровергает, а наоборот, подкрепляет значение данного принципа (и конкретизирующей его системы норм) в качестве отличительной особенности права в его соотношении и расхождении с иными видами социальной регуляции (моральной, религиозной и т.д.).

Исходные фактические различия между людьми, рассмотренные (и урегулированные) с точки зрения абстрактно-всеобщей равной меры, предстают в итоге в виде неравенства в уже приобретенных правах(неравных по их структуре, содержанию и объему прав различных индивидов-субъектов права). Правовое равенство и правовое неравенство (равенство и неравенство в праве) – однопорядковые (предполагающие и дополняющие друг друга) правовые определения, характеристики и понятия, в одинаковой степени противостоящие фактическим различиям и отличные от них. Равная мера регуляции отношений различных субъектов предполагает, что приобретаемые ими реальные субъективные права будут неравны. Благодаря праву хаос различий преобразуется в правовой порядок равенств и неравенств, согласованных по единому масштабу и равной мере.

21. Социа́льные но́рмы — общепризнанные правила, образцы поведения, стандарты деятельности, призванные обеспечивать упорядоченность, устойчивость и стабильность социального взаимодействия индивидов и социальных групп. Совокупность норм, действующих в том или ином сообществе, составляет целостную систему, различные элементы которой взаимообусловлены[1].

⇐ Предыдущая12345678910Следующая ⇒

©2015 arhivinfo.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.

Источник: https://arhivinfo.ru/1-77694.html

Право, равенство, закон и справедливость с точки зрения современных концепций правопонимания

Соотношение права и равенства

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Гродненский государственный университет имени Янки Купалы

Контрольная работа

По предмету ''Проблемы теории государства и права''

''Право, равенство, закон и справедливость с точки зрения современных концепций правопонимания''

fВопросы

1. Соотношение права и закона с точки зрения современных концепций понимания права

2. Соотношение права и равенства с точки зрения современных концепций понимания права

3. Соотношение права и справедливости с точки зрения современных концепций понимания права

Список литературы

f1. Соотношение права и закона с точки зрения современных концепций понимания права

Ответ:

Философы и юристы уже не одно тысячелетие исследуют проблему соотношения права и закона. Сегодня все меньше и меньше остается приверженцев нормативной концепции права. Да и те уже склоняются к необходимости более широкого понимания правовых явлений.

Право и государственный закон не идентичные понятия. В силу целого ряда причин, в том числе и вследствие компромисса, закон может соответствовать (быть правовым), частично соответствовать либо не соответствовать правовому идеалу. Это соотношение можно представить в виде логических отношений как ранозначащие, скрещивающиеся и несравнимые понятия.

Объем совпадающих частей свидетельствует о том, в какой мере закон является правовым или не правовым. Поэтому задача законодателя состоит в том, чтобы увеличить объем их совмещения.

Дискуссии о понятии права положили начало формированию трех концепций – «школ» – в нашей теории права; нормативной, социологической, нравственной. В ряде стран эти три правопонимания сложились в процессе развития гражданского общества; каждое из них имеет свои обоснования и систему критических замечаний в адрес других.

Нормативное понимание права основано на представлении, что право – это нормы, изложенные в законах и других нормативных актах.

Язык – основное средство общения людей, поэтому только словами и выраженными ими понятиями можно определить, что делать, чего не делать, что правильно или неправильно.

Через общие, абстрактные, а потому равные для всех субъектов права определения и понятия применяется равный масштаб к неравным людям, составляющий сущность права. Только словами может быть выражена государственная воля (воля класса, общенародная воля), образующая содержание права.

Нормативный подход к понятию права – основа совершенствования законодательства, а также разработки правил законодательной техники, учета и систематизации нормативных актов, информационно-поисковых систем и других перспективных направлений правовой службы. На этом подходе основана догма права, приемы толкования правовых норм, правила решения юридических споров.

Нормативный подход лежит в основе правового воспитания и правовой пропаганды, ибо нет «права вообще», а есть только определенные формулировки законов и других нормативных актов, освоение которых достигается в процессе правового воспитания.

Наконец, лишь при таком понимании права могут быть обеспечены законность, господство права, восходящее к его официальному установлению и единообразному пониманию.

Нормативная концепция права органически связана с современным пониманием представительной демократии, основанной на разделении властей.

Очевидно, что задача законодательной власти, осуществляемой демократически избранными представительными учреждениями, в том и состоит, чтобы создавать, развивать и совершенствовать право посредством законотворческой деятельности. Да и само правовое государство предполагает обеспечение верховенства закона.

Право содержится в текстах законов (основные источники права) и подзаконных актов как система норм, установленных и охраняемых от нарушений государственной властью.

Слова закона остаются на бумаге, если они не вошли в сознание и не усвоены им.

Можно ли довольствоваться принятием или изменением текста закона, полагая, что и есть право, если он, закон, остался неизвестен массовому сознанию? Закон не может воздействовать на общество иначе как через сознание (массовое правосознание, официальное правосознание).

Поэтому право – это не тексты закона, а содержащаяся в общественном сознании система понятий в общеобязательных нормах, правах, обязанностях, запретах, условиях их возникновения и реализации, порядке и формах защиты.

Историческое развитие человечества знает целые эпохи и отдельные государства, где и когда существование права обходилось без законов и без текстов; при системе прецедентов его источником было профессиональное правосознание; обычное право опиралось более всего на массовую правовую психологию.

В современном обществе отдельные слова закона вообще не воспринимаются практикой либо меняются по смыслу.

Важно и то, что в общественном сознании реальным содержанием наполняются те термины закона, которые непонятны и практически неосуществимы без учета норм и критериев общественной морали («хулиганство», «оскорбление», «клевета», «исключительный цинизм» и др.

), конкретизируются и делаются общезначимыми так называемые «оценочные понятия » («уважительные причины», «достаточные основания»).При этом тексты закона не только оцениваются общественным сознанием с позиций здравого смысла, но и сопоставляются с понятиями справедливости и гуманизма.

Именно в общественном сознании содержатся не всегда зафиксированные в текстах законов нравственные ценности, представления о правдах и свободах человека.

Наконец, тексты закона нередко грешат излишними лозунгами, призывами, описаниями, не имеющими юридического значения. Правосознание же играет роль фильтра, усваивая и воспринимая лишь то, что является собственно правом.

Право носит нормативный, оценочный характер и по своей природе идеологично, обращено в будущее (определяет как «должно» быть).

Оно содержится в общественном сознании и является одной из его форм выраженной в нормативных, оценочных понятиях системой представлений о правах и обязанностях, о правомерном и неправомерном, о дозволенном и запрещенном, о санкциях и привилегиях или льготах.

Однако и такой взгляд на право порождает немало сомнений, что проявилось в возникновении и обосновании социологической концепции права.

Общественное правосознание неоднородно. Помимо горизонтальных слоев (научное, официальное, профессиональное, обыденное, массовое правосознание), в каждом из которых свое представление о праве, оно имеет вертикальные срезы по классам и другим социальным группам, придерживающимся порой противоположных представлений о правомерном и неправомерном.

Даже не затрагивая проблему классовых антагонизмов в понятиях о праве, нельзя не признать сложнейшей первую из названных проблем: наука ведет нескончаемые дискуссии о понятии права и о содержании различных его институтов; законодательные органы далеки от единства в понимании способа решения юридических проблем; на основе профессионального правосознания сложилось великое разнообразие в решении аналогичных дел практики; обыденное, массовое правосознание содержит такую сложнейшую палитру правовых и моральных принципов, что порой каждая личность имеет очень индивидуальное понятие о праве и неправе. Как, спрашивается, в этих применять право, решая спорные конкретные дела? Мнения о способах решения дела всегда различны, особенно в условиях состязательного процесса, где каждая из сторон обосновывает свое видение правовой оценки дела, а критерии оценки самих оценок существуют в том же самом общественном сознании и потому формально равнозначны. Чьим же мнением руководствоваться при решении суда, как и куда направить правовое принуждение в процессе борьбы мнений? Может ли разнообразное и нередко противоречивое по содержанию правосознание считаться правом, применением масштаба?

Право как система общественных отношений определенно, конкретно, стабильно, защищено со стороны государства. Это и составляет его сущность.

Право не «равный масштаб, применяемый к неравным людям», а применение равного мерила, которое всегда дает неравный результат, индивидуализацию абстрактных норм в соответствии с конкретными жизненными ситуациями, всегда неодинаковыми и тем более нетождественными.

При таком подходе наличие норм и в текстах закона, и в правосознании вовсе не отрицается, однако нормы и их осознание есть масштаб права, но не само право. Ряд норм закона (вполне осознанных) не применяется и не применялся на практике – могут ли эти «мертвые» нормы считаться правом?

Право – это не нормы закона и не их осознание уже потому, что ряд норм и текстов законов практически неосуществим из-за их абстрактности без установления конкретизирующих их норм и правил; правосознание же, неопределенно относясь к данным текстам (не то уже право, не то еще право), не может конкретизировать их настолько определенно и единообразно, чтобы восполнить отсутствие текстов, конкретизирующих эти абстрактные положения. Превращению закона в право путем его конкретизации неспособно помочь и правосознание, ибо представления о направлениях и результатах такой конкретизации столь же разнообразны, сколь не похожи представления о праве даже и в профессиональном правосознании. Социологический подход к понятию права снимает эти затруднения.

Кроме того, норма закона – по существу такое же идеологическое построение, что и суждение, содержащееся в правосознании. Известно, что говорит она не о настоящем, а о будущем, не о том, что есть, а о том, что должно быть.

Далеко не всегда, однако, удается предопределить это будущее и непредсказуемые последствия осуществления норм могут резко противоречить замыслам законодателя. Еще древние знали, что чрезмерно строгое осуществление права порождает наивысшую несправедливость.

При социологическом подходе к праву оно обретает реальность, конкретность и определенность, исключающие непредсказуемость.

Важно отметить и такой специфический признак права, как охрану его государственным принуждением. Признавая ее необходимость, мы вводим и понятие права и правонарушения: право для того и нужно, чтобы пресекать отклонения от наиболее важных с общественной точки зрения вариантов поведения.

Оно – показатель не всегда правильного поведения людей, которые не могут договориться между собой на основе только лишь моральных норм. Очевидно, однако, что право практически невозможно нарушить, не посягая на конкретные общественные отношения. Правонарушение не причиняет урона и ущерба ни нормам закона, ни их осознанию.

Оно вредит или опасно только для конкретных прав и охраняемых законом интересов в индивидуальных общественных отношениях. При нарушениях права страдают определенные люди, их объединения, организации, правовые же нормы продолжают действовать и считаются обязательными.

То же и правовое принуждение: оно может применяться лишь к конкретным лицам (субъектам права) за точно определенные нарушения в той сфере, где люди общаются между собой, вступают в отношения.

Невозможно применить штрафные санкции за «нарушение права вообще», но можно и должно применить их за конкретный проступок; невозможно реализовать правовосстановительные санкции без восстановления конкретного прав, принуждения к выполнению конкретных обязанностей. Только через восстановление нарушенных правоотношений наказание нарушителей обязанностей и запретов охраняется право, именно нормы и не их осознание, а само право как порядок общественных отношений поведения людей.

право закон человечество

2. Соотношение права и равенства с точки зрения современных концепций понимания права

Ответ:

Наиболее выпукло право как объективно необходимый и возможный масштаб свободы проявляет себя в правоотношениях, выражающих юридическую связь между обязанностью и правом. Последнее есть мера возможного поведения, т.е. определенная свобода выбора и деятельности, сопряженная с соответствующей обязанностью и ответственностью.

Право как масштаб свободы должно быть признано государством, в этом признании проявляется государственная воля класса (народа), осуществляющего экономическое, а потому и политическое господство.

Объективная необходимость политического закрепления определенного уровня свободы личности, при котором возможно развитие данного способа производства и осуществление экономического господства правящего класса, выражается в праве. В этом состоит сущность права.

Каким же образом право обеспечивает в реальной социально определенную свободу и надлежащее функционирование отношений собственности, а в конечном счете функционирование господствующего способа производства, всей данной общественной формации? Специфика собственно правового воздействия состоит, очевидно, в особом разграничении и соединении интересов, ибо правовое регулирование не в состоянии базироваться как исключительно на нравственных устоях (убеждении), так и на одном лишь государственном принуждении. Это свойственно любому типу права.

Защита интересов господствующих классов (народа) не осуществляется правом путем одного принуждения, а происходит таким образом, чтобы при этом не стагнировать деятельное начало человеческой личности (коллективов), даже той, которая не принадлежит к господствующему слою населения, но является субъектом права (физическим или юридическим лицом).

Социальная свобода – сложное и многоплановое явление.

Поскольку право представляет масштаб свободы, особенностью его функционирования оказывается регулирования общественных отношений путем разграничения и интеграции (соединения, согласования, подчинения) интересов индивидов, коллективных образований, классов, социальных слоев, общностей и всего общества. В опоре на определенные потребности и интересы заключается действительная эффективность правовой формы общественных отношений в любом обществе.

Размещено на Allbest.ru

Источник: https://otherreferats.allbest.ru/law/00180046_0.html

Право как равная мера. Право как свобода. Право как справедливость

Соотношение права и равенства

Право как равная мера

Всеобщая равная мера – один из необходимых составных компонентов принципа формального равенства и одно из сущностных свойств права. В качестве такого компонента равная мера предполагает и другие компоненты правового принципа формального равенства – свободу и справедливость .

Поэтому равная мера – это равная мера свободы и справедливости.

При этом под равной мерой имеется в виду не только всеобщий масштаб и единая для всех норма правовой регуляции, но также и соблюдение эквивалента соразмерности и равномерности в отношениях между самими субъектами права.

Правовое равенство – это равенство свободных и независимых друг от друга субъектов права по общему для всех масштабу, единой норме, равной мере. Там же, где люди делятся на свободных и несвободных, последние относятся не к субъектам, а к объектам права, и на них принцип правового равенства не распространяется.

По поводу равенства существует множество недоразумений, заблуждений, ошибочных и ложных представлений. В их основе в конечном счете лежит непонимание того, что равенство имеет рациональный смысл, логически и практически возможно в социальном мире именно и только как одинаковая для всех мера правового (формально-правового, формального) равенства.

Так, нередко (в прошлом и теперь) правовое равенство смешивается с разного рода эгалитаристскими (фактически уравнительными) требованиями, с уравниловкой и т.д. или, напротив, ему противопоставляют так называемое “фактическое равенство”. Подобная путаница всегда так или иначе носит правоотрицающий, антиправовойхарактер.

Разным этапам исторического развития свободы и права в человеческих отношениях присущи свой масштаб и своя мера свободы, свой круг субъектов и отношений свободы и права, словом – свое содержание принципа формального (правового) равенства.

Так что принцип формального равенства представляет собой постоянно присущий праву принцип с исторически изменяющейся сферой и мерой регуляции.

В целом такая историческая эволюция сферы, масштаба и меры формального равенства не опровергает, а наоборот, подкрепляет значение данного принципа (и конкретизирующей его системы норм) в качестве отличительной особенности права в его соотношении и расхождении с иными видами социальной регуляции (моральной, религиозной и т.д.).

Исходные фактические различия между людьми, рассмотренные (и урегулированные) с точки зрения абстрактно-всеобщей равной меры, предстают в итоге в виде неравенства в уже приобретенных правах (неравных по их структуре, содержанию и объему прав различных индивидов-субъектов права). Правовое равенство и правовое неравенство (равенство и неравенство в праве) – однопорядковые (предполагающие и дополняющие друг друга) правовые определения, характеристики и понятия, в одинаковой степени противостоящие фактическим различиям и отличные от них. Равная мера регуляции отношений различных субъектов предполагает, что приобретаемые ими реальные субъективные права будут неравны. Благодаря праву хаос различий преобразуется в правовой порядок равенств и неравенств, согласованных по единому масштабу и равной мере.

Право как свобода

С принципом формального равенства связано и понимание права как всеобщей и необходимой формы свободы людей. Как выражение формального равенства право представляет собой всеобщую форму общественных отношений независимых друг от друга субъектов, подчиненных в своем поведении, действиях и взаимоотношениях общей норме.

Такая независимость субъектов друг от друга в рамках правовой формы их взаимоотношений и одновременно их одинаковая, равная подчиненность общей норме определяют смысл и существо правовой формы бытия и выражения свободы.

Правовая форма свободы, демонстрируя формальный характер равенства, всеобщности и свободы, предполагает и выражает внутреннее сущностное и смысловое единство правовой формальности, всеобщности, равенства и свободы.

Свобода индивидов и свобода их воли – понятия тождественные. Воля в праве – свободная воля, которая соответствует всем сущностным характеристикам права и тем самым отлична от произвольной воли и противостоит произволу.

Волевой характер права обусловлен именно тем, что право – это форма свободы людей, т.е. свобода их воли.

Этот волевой момент (в той или иной, верной или неверной, интерпретации) присутствует в различных определениях и характеристиках права в качестве волеустановленных положений ( Аристотель, Гроций и др.), выражения общей воли ( Руссо ), классовой воли ( Маркс и марксисты) и т.д.

Какой-либо другой формы бытия и выражения свободы в общественной жизни людей, кроме правовой, человечество до сих пор не изобрело. Да это и невозможно ни логически, ни практически. Люди свободны в меру их равенства и равны в меру их свободы.

Неправовая свобода, свобода без всеобщего масштаба и единой меры, словом, так называемая “свобода” без равенства – это идеология элитарных привилегий, а так называемое “равенство” без свободы – идеология рабов и угнетенных масс (с требованиями иллюзорного “фактического равенства”, подменой равенства уравниловкой и т.д.).

Или свобода (в правовой форме), или произвол (в тех или иных проявлениях). Третьего здесь не дано : неправо (и несвобода) – всегда произвол.

Историческое развитие свободы и права в человеческих отношениях представляет собой, таким образом, прогресс равенства людей в качестве формально (юридически) свободных личностей.

Через механизм права – формального (правового) равенства – первоначально несвободная масса людей постепенно, в ходе исторического развития преобразуется в свободных индивидов.

Правовое равенство делает свободу возможной и действительной во всеобщей нормативно-правовой форме, в виде определенного правопорядка.

Между тем повсеместно довольно широко распространены представления о противоположности права и свободы, права и справедливости, права и равенства. Они обусловлены во многом тем, что под правом имеют в виду любые веления власти, законодательство, которое зачастую носит антиправовой, произвольный, насильственный характер.

Свобода и равенство неотделимы и взаимно предполагают друг друга.

С одной стороны, исходной и определяющей фигурой свободы в ее человеческом измерении является свободный индивид – необходимая основа правоспособности и правосубъектности вообще; с другой стороны, эту свободу индивидов можно выразить лишь через всеобщий принцип, нормы и формы равенства этих индивидов в определенной сфере их взаимоотношений.

Право – не просто всеобщий масштаб и равная мера, а всеобщий масштаб и равная мера именно и прежде всего свободы индивидов. Свободные индивиды – “материя”, носители, суть и смысл права. Там, где отрицается свободная индивидуальность, личность, правовое значение физического лица, там нет и не может быть права.

Исторический прогресс свободы и права свидетельствует о том, что формирование и развитие свободной, независимой, правовой личности необходимым образом связаны с признанием человека субъектом отношений собственности, собственником средств производства.

Собственность является не просто одной из форм и направлений выражения свободы и права человека, но она образует собой вообще цивилизованную почву для свободы и права.

Где полностью отрицается право индивидуальной собственности на средства производства, там не только нет, но и в принципе невозможны свобода и право.

Право как справедливость

Понимание права как формального равенства включает в себя, наряду со всеобщей равной мерой и свободой, также и справедливость.

В контексте различения права и закона это означает, что справедливость входит в понятие права , что право по определению справедливо, а справедливость – внутреннее свойство и качество права, категория и характеристика правовая, а не внеправовая (не моральная, нравственная, религиозная и т.д.). По смыслу и по этимологии справедливость (iustitia) восходит к праву (ius), обозначает наличие в социальном мире правового начала и выражает его правильность, императивность и необходимость.

Справедливо то, что выражает право, соответствует праву и следует праву. Действовать по справедливости – значит действовать правомерно, соответственно всеобщим и равным требованиям права.

Какого-либо другого принципа и другой формы выражения, кроме правовой, справедливость не имеет.

Отрицание же правового характера и смысла справедливости неизбежно ведет к тому, что за справедливость начинают выдавать какое-нибудь неправовое начало – требования уравниловки или привилегий, те или иные моральные, нравственные, религиозные, мировоззренческие, эстетические, политические, социальные, национальные, экономические и т.п.

представления, интересы, требования.Тем самым правовое (т.е. всеобщее и равное для всех) значение справедливости подменяется неким отдельным, частичным интересом (индивидуальным, групповым, партийным, классовым и т.д.) и произвольным содержанием, партикулярными притязаниями.

Отрицание правовой природы справедливости по существу означает утверждение вместо нее какой-либо версии неправовой (антиправовой или внеправовой) справедливости.

По логике такого подхода получается, что право как таковое (право вообще, а не только антиправовой закон) несправедливо, а справедливость исходно представлена в том или ином внеправовом (социальном, политическом, религиозном, моральном и т.п.) начале, правиле, требовании.

Здесь, следовательно, справедливость права, если таковая вообще допускается, носит производный, вторичный, условный характер и поставлена в зависимость от подчинения права соответствующему внеправовому началу.

И поскольку такие внеправовые начала лишены определенности принципа правового равенства и права в целом (объективной всеобщности правовой нормы и формы, единого масштаба права, равной меры правовой свободы и т.д.

), они неизбежно оказываются во власти субъективизма, релятивизма, произвольного усмотрения и частного выбора (индивидуального, группового, коллективного, партийного, классового и т.д.).

Отсюда и множественность борющихся между собой и несогласуемых друг с другом внеправовых представлений о справедливости и праве, односторонних претензий того или иного частного и частичного начала на всеобщее, присущее праву и справедливости.

В пространстве всеобщности и общезначимости принципа правового равенства и права как регулятора и необходимой формы общественных отношений свободных субъектов именно правовая справедливость выступает как критерий правомерности или неправомерности всех прочих претензий на роль и место справедливости в этом пространстве. Воздавая каждому свое, правовая справедливость делает это единственно возможным, всеобщим и равным для всех правовым способом, отвергающим привилегии и утверждающим свободу.

Дата добавления: 2018-04-05; просмотров: 2081;

Источник: https://studopedia.net/3_43288_pravo-kak-ravnaya-mera-pravo-kak-svoboda-pravo-kak-spravedlivost.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.