Разумный срок уголовного судопроизводства кратко

Понятие разумного срока в судопроизводстве

Разумный срок уголовного судопроизводства кратко

Понятие «разумный срок судопроизводства» присутствует в гражданском (ст. 6.1 ГПК РФ), арбитражном (ст. 6.1 АПК РФ), уголовном (ст. 6.1 УПК РФ), административном (ст. 10 КАС) процессе.

Более того, для защиты конституционного права граждан на разумный срок судебного разбирательства был принят специальный Федеральный закон от 30.04.2010 №68-ФЗ “О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок”.

Тем не менее, ни один из этих актов не определяет срока, который можно считать разумным, а лишь отражает выработанные практикой Европейского Суда по Правам Человека (далее – ЕСПЧ) критерии определения «разумности»: правовая и фактическая сложность дела, поведение участников процесса, достаточность и эффективность действий суда, осуществляемых в целях своевременного рассмотрения дела, и общая продолжительность судопроизводства по делу.

Однако обратимся к истории названного закона и статей процессуального законодательства. Они были приняты не случайно, а стали реакцией РФ на знаковое Постановление ЕСПЧ по делу «Бурдов против РФ»[1] №2 (Жалоба №33509/04), принятое 15 января 2009.

В резолютивной части Постановления говорилось, в частности: «власти государства-ответчика обязаны ввести в течение 6 месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с п. 2 ст.

44 Конвенции [о защите прав человека и основных свобод] эффективное внутреннее средство правовой защиты или комбинацию таких средств правовой защиты, которые обеспечат адекватное и достаточное возмещение в связи с неисполнением или несвоевременным исполнением решений национальных судов с учётом конвенционных принципов, установленных в прецедентной практике Европейского суда».

Конституционный Суд РФ (далее – КС) в своём определении от 03.07.2008 №734-О-П «По жалобе гражданки В. на нарушение её конституционных прав ст.

151 ГК РФ» отразил, в том числе, позицию ЕСПЧ, упомянув, в частности, более раннее постановление по делу «Бурдов против РФ», вынесенное 7 мая 2002. КС подчеркнул, что ст.

151 ГК РФ не препятствует принятию решения о денежной компенсации в случаях неисполнения судебных решений по искам к РФ, её субъектам или муниципальным образованиям, однако, «этим с федерального законодателя не снимается обязанность – исходя из Конституции РФ и с учётом настоящего Определения – в кратчайшие сроки установить критерии и процедуру, обеспечивающие присуждение компенсаций за неисполнение решений по искам к РФ, её субъектам или муниципальным образованиям, в соответствии с признаваемыми РФ международно-правовыми стандартами».

Таким образом, принятие ряда судебных актов по вопросам чрезмерных сроков судебного разбирательства ЕСПЧ, и, наконец, реакция КС РФ послужили необходимым катализатором для введения соответствующих норм в российское процессуальное законодательство. После их введения на российские суды обрушился поток соответствующих заявлений с требованиями компенсации за нарушение разумных сроков. И здесь мы сталкиваемся с центральной проблемой рассматриваемой правовой категории.

Казалось бы, что может быть яснее, чем требования разумности, здравого смысла? Но, как показывает практика, не всё так просто, ведь и само понятие «разумный срок» и те критерии, которые перекочевали в российское законодательство из судебной практики, бесспорно, являются исключительно оценочными.

Так, истец полагает, что его дело является простым, судья же (с профессиональной точки зрения!) оценивает дело как сложное, требующее повышенного внимания и выработки чёткой позиции по всем затрагиваемым в процессе судебного разбирательства правовым вопросам.

Истец может полагать, что поведение сторон удовлетворяет любым нормам (от процессуальных до этических), а действия суда не являются достаточными и эффективными для оптимального рассмотрения и разрешения дела. Очевидно, что позиция суда по этим вопросам может быть в точности противоположной.

Из всего этого мы можем сделать вывод, что любой спор, проистекающий из требований о разумном сроке, сведётся лишь к голословным оценочным суждениям сторон и суда.

Один из способов выхода из описанного тупика – отсылка к обычному порядку.

Например, при рассмотрении некоего дела сторона подаёт жалобу о нарушении своего права на судопроизводство в разумный срок; рассматривающий жалобу суд принимает во внимание обстоятельства дела, в рамках которого, по мнению заявителя, нарушено его право, и отыскивает подобные этому делу процессы в судебной практике. Если жалоб о нарушении права на судопроизводство в разумный срок в найденных судом аналогах не подавалось, то эта практика обобщается, и средний срок судопроизводства принимается как нормальный и обычный в подобных делах.

Также, как и следовало ожидать, появилось предложение об установлении жёстких процессуальных сроков, установлении предельного количества продления сроков и переноса заседаний суда.

Это предложение ценно тем, что позволяет посмотреть на проблему ad absurdum, вернуться к первопричинам того, почему в праве необходимы оценочные категории, а судью нельзя заменить автоматом, решающим правовые вопросы путём выбора нормы по сходству нормы и конкретного юридического состава.

Универсализм и жёсткость в юридическом (в том числе гражданском) процессе неприемлемы, так как не позволяют учесть всего возможного разнообразия обстоятельств и ситуаций.

Оговоримся, что приведённые в двух предыдущих абзацах выводы в равной мере применимы не только к судопроизводству, но и к исполнению судебных актов. Хотелось бы, в то же время, подчеркнуть, что исполнение судебных актов было бы более эффективным, если бы служба судебных приставов была напрямую подчинена судам.

Возможно, структура органов исполнительной власти выглядит вполне продуманной в том виде, какой имеет сейчас, но по нашему глубокому убеждению, если некто принимает решения, то должен быть наделён и способностью их исполнения. Судьи же никоим образом не могут оказать реальное воздействие на исполнение принятых ими решений.

Если же подчинить исполнителя – ФССП – напрямую суду, то возможности последнего влиять на ход исполнения судебных актов, безусловно, возрастут. Кроме того, стоит ли говорить о том, что судебные приставы должны территориально находиться при суде и исполнять решения того суда, при котором находятся.

Иными словами, система должна быть построена с максимальным удобством для обращающегося за защитой своих прав лица.

Возвращаясь к практике ЕСПЧ, нельзя не отметить опубликованные 17 апреля 2012 Постановления по делам «Илюшкин и другие против России» (Ilyushkin and Others v. Russia, жалобы NN 5734/08 и др.) и «Калинкин и другие против России» (Kalinkin and Others v. Russia, жалобы NN 16967/10 и др.

), которыми ЕСПЧ прямо заключил, что ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» от 30.04.

2010 №68-ФЗ не создаёт необходимого эффективного средства правовой защиты, так как позволяет получить компенсацию за нарушение права на исполнение лишь «судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы РФ», но не иных судебных актов, которые государство обязано исполнить «в натуре».

Тем самым, наблюдается продолжение известной практики исполнения государством решений ЕСПЧ, да и непосредственно российских судов: компенсации выплачиваются исправно, но если речь идёт о действиях вроде ремонта ветхого жилья, предоставления социальных льгот, запрета или разрешения какой-либо деятельности – исполнение затягивается, и попытки принудить к исполнению не имеют желаемого результата.

Помимо всего прочего, стоит особо отметить констатацию ЕСПЧ того, что интерпретация 68-ФЗ Верховным Судом РФ, данная им при рассмотрении дел ряда заявителей, свидетельствует о том, что заявители – как и иные лица, находящиеся в сходной ситуации – лишены внутренних средств правовой защиты.

ЕСПЧ, в частности, прямо сослался на совместное Постановление Пленумов ВС и ВАС РФ N 30/64 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и права на исполнение судебного акта в разумный срок».

Итак, совершенно очевидно, что норма о разумных сроках судопроизводства и исполнения судебных актов «не работает» надлежащим образом.

Системный анализ проблемы подсказывает, что причины дисфункциональности нормы лежат не только в области судопроизводства и исполнения судебных актов – нельзя винить во всём только судей и приставов, хотя, безусловно, именно из-за их негодной работы дела рассматриваются, а судебные решения исполняются годами. Корень зла лежит в основании всей российской действительности – тотальная безответственность в совокупности с размытостью и пересечением полномочий позволяют любому органу или должностному лицу «откреститься» от выполнения любой задачи, переложить её на другого, а ещё проще – перенаправлять граждан и представителей юридических лиц из одного присутственного места в другое, пока те не осознают бесплодность попыток заставить скакать мёртвую лошадь.

[1] http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-90671

Источник: https://zakon.ru/blog/2015/10/02/ponyatie_razumnogo_sroka_v_sudoproizvodstve_0

Статья 6.1 ГПК РФ. Разумный срок судопроизводства и разумный срок исполнения судебного постановления

Разумный срок уголовного судопроизводства кратко

к статьям УПК помогут разобраться в нюансах уголовно-процессуального права.

1.

Уголовное судопроизводство как особый вид социально-правовой деятельности призвано обеспечивать в первую очередь решение двух основных задач: 1) защиту прав и законных интересов граждан и организаций (а также, безусловно, интересов государства и общества в целом), потерпевших от преступлений; 2) защиту лиц, вовлекаемых в уголовное судопроизводство, от разного рода незаконного и необоснованного ограничения их прав и свобод.

2.

Защита прав и законных интересов пострадавших в результате преступления обеспечивается в результате выявления и уголовного преследования лиц, совершивших это преступление, их осуждения и справедливого наказания, выявления размеров причиненного преступлением вреда и принятия мер по обеспечению его возмещения, ограждения потерпевших от новых преступных посягательств и т.д. В качестве специфических средств обеспечения этих целей выступают: процессуальное доказывание, привлечение в качестве обвиняемого, применение мер пресечения и других мер процессуального принуждения, а также иные предусмотренные УПК средства и способы.

Защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод обеспечивается детальной регламентацией оснований, условий и порядка применения мер, ограничивающих права и свободы, законодательным закреплением прав и обязанностей участников уголовно-процессуальных отношений и порядка их реализации, установлением в законе механизмов обжалования и проверки следственных и судебных решений.

3. Содержащееся в ч.

2 комментируемой статьи указание на то, что назначению уголовного судопроизводства соответствуют не только уголовное преследование, назначение виновным справедливого наказания, но и отказ от уголовного преследования, освобождение от наказания лиц, которые не могут быть ему подвергнуты, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, исключает возможность истолкования самого по себе факта прекращения уголовного дела (независимо от его основания) как свидетельствующего о незаконности или необоснованности решения о его возбуждении.

4. Отказ от уголовного преследования возможен не только в отношении невиновных, но и в отношении лиц, возможно, и совершивших преступление, но в силу закона (истечение срока давности, издание акта амнистии и др.

) подлежащих освобождению от уголовной ответственности.

Такой отказ может выражаться как в непринятии решения о привлечении в качестве обвиняемого, так и в вынесении решений об отказе в возбуждении уголовного дела или о его прекращении, а также в оправдании невиновного по приговору суда.

5.

Реабилитация невиновного предполагает вынесение в отношении лица, подвергнутого уголовному преследованию в качестве подозреваемого или обвиняемого, оправдательного приговора или постановления о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, отсутствием в деянии состава преступления, непричастностью данного лица к совершению преступления, а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Реабилитация лица влечет восстановление его прав и возмещение ему в соответствии со ст. 135, 136, 138 УПК и материального, морального и иного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Обеспечение принципа разумности

Нередко практика демонстрирует ситуации, когда, несмотря на большое количество предписаний, и точно определённых временных рамок работы следствия, устанавливаются факты нарушения сроков процесса.

Поскольку чаще всего они исходят от стороны представителей правоохранительных органов, то граждане, участвующие в деле, логично задаются вопросом, как защитить свои интересы и обеспечить такой принцип, как разумность.

Несоблюдение временных рамок проведения расследования предполагает такое средство защиты интересов, как подача жалобы в вышестоящие правоохранительные органы и суд.

Чтобы начать применение обеспечительных мер, в первую очередь гражданам необходимо написать заявление. Независимо от соблюдения сроков на этапе возбуждения дела, расследования или же судебного разбирательства. Всегда должна быть официально оформленная и зарегистрированная жалоба со стороны лиц, чьи интересы пострадали ввиду нарушений правоохранителей.

Заявление о нарушениях, выявленных в ходе расследования, следует направлять руководству правоохранительного органа или непосредственно в суд. Всё будет определяться стадией расследования, на которой были не соблюдены сроки.

Например, если судья затягивает с рассмотрением дела, то ему направляется жалоба, которая обязательно рассматривается в течение пяти суток.

После этого принимается решение об установлении конкретного времени проведения заседания или же назначении необходимых следственных мероприятий, которые позволили бы ускорить процесс.

Как показывает практика, большинство нарушений происходит на стадии расследования, поэтому чаще всего суды принимают решения принудить следствие реализовывать те или иные действия для достижения необходимого результата.

Однако при подаче заявления следует помнить о том, что заявители должны кратко предоставить обоснование подобного поступка, неразумность срока, то есть незаконное увеличение времени обязательно доказывается, иначе суд может счесть такие мероприятия необходимостью для установления истины по делу.

Отдельно следует сказать о гарантиях, которые предусмотрены для граждан, пострадавших при нарушении разумного времени процесса. Они предполагают компенсацию в пользу пострадавших лиц, чьи интересы были затронуты.

Подавать заявление для реализации такой гарантии можно в следующие периоды:

  1. Не позднее полугода с момента вынесения решения или приговора суда. Если пропустить указанный период, то компенсация уже не будет Назначена.
  2. До момента, когда решение суда вступило в силу, при условии, что период с момента возбуждения дела до вынесения вердикта не длился больше четырёх лет. Пока приговор не приведён в исполнение также допустимо потребовать выплатить компенсацию, даже если заявителем выступает обвиняемый. Однако для реализации такого права потребуется подтвердить факт обращения ранее с требованием ускорить процесс расследования.

В остальных случаях участники дела могут претендовать только на реализацию возможности ускорения расследования без возмещения ущерба, причинённого действиями правоохранителей.

Таким образом, разумность, как категорию уголовного процесса, следует рассматривать в виде оценочного понятия, которое будет означать лишь необходимость учёта всех обстоятельств по делу с индивидуальным подходом к каждому конкретному преступлению.

Лишь некоторые процессуальные действия правоохранителей ограничены точными временными рамками, в остальных ситуациях всё будет зависеть от тяжести и особенностей преступного посягательства, что усложняет применение рассматриваемого принципа для уголовного судопроизводства.

Что делать, если разумные сроки не соблюдаются

Как уже выше упоминалось, если сроки уголовного судопроизводства затягиваются, заявление на их ускорение подают в суд, и прошение должно быть рассмотрено на протяжении 5 дней с момента поступления.

По результатам рассмотрения ходатайства председатель суда выносит постановление, в котором может четко устанавливаться срок расследования, проведения заседания по делу или могут быть вовсе приняты иные процессуальные меры для ускорения продвижения уголовного производства.

Если судопроизводство существенно затягивается, то осужденному положена компенсация. Право на возмещение компенсации за затягивание судопроизводства или уголовного преследования, может быть реализовано:

  • в течение шести месяцев с момента вступления в силу приговора, решения или постановления суда, которым должно быть прекращено уголовное судопроизводство;
  • с момента истечения 4 лет от дня возбуждения уголовного производства до дня прекращения уголовного преследования или вступления в силу приговора суда. При этом важно, чтобы было соблюдено условие, при котором обвиняемый обращался с ходатайством об ускорении рассмотрения дела.

Если разбирательство по делу затягивается, заявление о его ускорении и о взыскании компенсации может быть подано в районный или апелляционный суд. Решение судьи, принятое по данному вопросу, не подлежит дальнейшему обжалованию.

Если ходатайство будет одобрено, то выплата компенсации осуществляется потерпевшему лицу вне зависимости от вины органов следствия или суда. Размер компенсации потерпевшему устанавливается непосредственно судом, в зависимости от требований истца, а также от сложности уголовного дела и обстоятельств судебного производства.

Продолжительность следствия и судебного процесса во многом зависит от квалификации должностных лиц, которые участвуют в разбирательстве. Нередко производство затягивается из-за недобросовестного выполнения представителями власти своих обязательств. Если вы замечаете, что процесс затягивается по вине конкретного человека, вы можете подать ходатайство на его отвод.

Право устранять от разбирательства следователя, дознавателя, прокурора и даже судью гарантирует статья 66-67 УПК РФ.

Пользуясь этим правом, необходимо также понимать последствия отвода, если устраняется дознаватель, следователь или прокурор, дело рассматривается с места остановки другими  уполномоченными лицами, но если отводят судью, то дело начинают рассматривать сначала, что в свою очередь, еще больше затягивает процесс.

Источник: https://mup-info.com/razumnyj-srok-ugolovnogo-sudoproizvodstva/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.